March 20th, 2019

ангелочек

(no subject)

Как устроен либеральный текст

Автор делает вид, что он охвачен сильной эмоцией и предлагает считать ее логикой, по которой выстроено повествование.
Человек же в сильной эмоции далек от того, чтобы грамотно выстраивать рассуждение, ведь верно? Он буровит все, что взбрело в голову, а ваше дело- сопереживать.
Попытка попросить его успокоиться и попытаться вступить в диалог, четко обозначить тему, подобрать аргументы "про" и "контра" считается большой низостью.
У него ведь "травма". Тут либо сопереживать либо на выход.
(На мой взгляд в таких случаях надо предлагать сперва вылечиться, а потом рассказывать.
Тому, кто это сделает, немедленно объявят, что он "вата" и расскажут о генетических отличиях людей истинных и ложных)
Из ключевых моментов: " нельзя никуда уехать от родных могил".
Сумма наблюдений показывает, что ни от чего люди не уезжают так легко, как от родных могил.
Иногда они нанимают шабес- гоев , чтобы за ними присматривать. Но в целом они просто уезжают.
Герой повествования - человек, приехавший из Питера в Крым, чтобы открыть сеть ресторанов. Будем считать, он же заказчик эмоции ( эмоцию можно заказать, как и все на свете).
Симулятивная ирония повествующего гласит:
Какого хрена ты туда попёрся, чел из Питера, в 2014 году? Бабок хотел влёгкую срубить? Ну, добро пожаловать в реальный мир. ( Арго вообще неудаляемый элемент либеральных текстов, "родная речь", без которой повествование невозможно)

Я не либерал, и потому взялся бы рассказать эту историю без арго и без эмоций. Например так:
Опытный бизнесмен ( а человек платежеспособный настолько, чтобы открыть в Крыму сеть ресторанов, без сомнения таков) примерно представляет себе состояние крымского правового поля.
И очень вероятно, что как раз неопределенность была заложена в надежды и в условия игры.
Правда, вышло строго наоборот, и данная неопределенность сыграла против него. Так бывает. И в бизнесе и в жизни. Это почему-то сильно не понравилось игроку. ( Многие люди совершенно не умеют проигрывать).
Рассматривать эту историю в одном пакете с историями тех, кто наоборот, никуда не уехал " от родных могил" - сие метода либеральных пишущих ( возвращаемся к началу текста).

Но, как видим, если без арго и без эмоции, то от трагедии мало что останется. Точнее, останется, но и герои будут другими и события.
И даже географическое место трагедии окажется на других широтах.

Наконец, о неизбежном присутствии "поэтического" в либеральных статьях о бизнесе, канализации, марсианских хрониках и пр. Например.:

1.В 14-м году человек открывает рестораны. Несколько.

2. Крым стал болью, которая долго не пройдет. Вообще не пройдет.



Отчего-то нельзя бывает написать: " Человек открыл несколько ресторанов." Это утверждение надо отчеканить двумя предложениями, как клятву.
Сходным образом про Крым, который " стал болью, которая вообще не пройдет" и в частности.
Вероятно, им всем кажется, что таким способом они вбивают свои креативы в мозги читателей на века. Чтоб не отмыли, не сокребли и не раззомбировались.
Замечу, что когда кажется, надо креститься, можно даже не наращивать обрезанное, господь простит.
Впрочем, может, ничего такого им и не кажется. Просто очень хочется сказать СИЛЬНО. А как сказать - не знают. Поэтому просто повторяют одно слово, как заведенные.

Collapse )
ангелочек

(no subject)


Интервью интересно, главным образом за счет того, что в нем артикулируются вещи очевидные и широкоизвестные.

17 минут 50 секунд:
- Можно ли написать сложную книгу о любом событии ХХ века, обойдя при этом вопросы идеологического противостояния внутри общества?
- "А зачем, зачем такую книгу писать? - тревожно спросила тетушка. - Таких книг уже много написано".( с)

Просто потому, что противостояние идеологическое- только один из видов противостояния ВНУТРИ общества, и не факт, что наиболее насущно в повседневной жизни.
Однако интервьюируемый заводит речь о Бильжо ( кто это?)
Проблема в том, что чтение книги об историческом событии, по-видимому, призвано вывести субъектов с плоскости бытового противостояния ради того, чтобы над судьбой исторического героя всласть отдаться противостоянию идеологическому.
Пернавский дает " универсальный способ" читать книги о войне с ключом "тогда была война и жизнь шла по другим законам", то есть как фэнтэзи, поскольку жизнь " по другим законам" равным образом далека от представителей всех лагерей, коль скоро все они войны не нюхали и могут ее себе только вообразить. А воображение всякого ведет куда он хочет.
Во- первых, это заведомая ерунда про "другие законы", потому что если мораль ( и все остальное, например, утюг и паяльник) не работает на войне, то , можно сказать, их и нет вовсе. В том числе и в мирной жизни.
А во-вторых если вооружиться таким ключом, то не проще ли сразу читать фэнтэзи?

Впрочем, интервью в целом производит хорошее впечатление и его стоит посмотреть интересующимся вопросами книгоиздательства.