March 28th, 2019

ангелочек

(no subject)

В "Горьком" Сенчин пишет о забытом - и справедливо - советском писателе Екимове и опять заводит волынку про реализьму. Между тем, никто из людей, ноющих об этой самой реализьме, так и не сумел объяснить нам, что это такое. "Настоящая жизнь"? Но если вы каждый вечер читаете на ночь пару страниц Рабле и Толстого, то для вас выдуманные Гаргантюа и Безухов куда реальнее, скажем, людей в метро Москвы (Монреаля/Парижа/Лондона) которых вы видите первый и последний раз в жизни во время ежедневных поездок...


Благословенны поездки в метро Москвы ( Монреаля, Парижа, Лондона), где пассажиры даже не прикоснулись к человеку, в метро же читающему Рабле, тем более не избили его и не отжали айфон.
Реальность обычно дается в ощущениях, сначала слабых, а по мере несчитывания все более настойчивых, до достижения степени разрешения.
И я сейчас не о Сенчине, которого не читал и читать не буду, и не о Рабле, которого читал и с удовольствием рассматривал отличные иллюстрации Гюстава Доре.
Реальность в метро стоит того, чтобы обратить на нее внимание , весь вопрос в том, захочется ли потом об этом писать ( и читать), поскольку и то и другое вопрос в некоторой степени болевой, то есть опять-таки реальный. А пишут и читают все больше ради удовольствия.
Поскольку и боль и удовольствие реальны, понятно, что выберет человек, имея выбор.


ПС. А потом этими же самыми руками, для которых Рабле реальнее, чем спутники в поезде, будут влазить в дела живых людей и наломав, до чего дотянулся, петь жизнерадостно " ну, я просто в людях же НЕ РАЗБИРАБЮСЬ".
Вопрос о том, как не разбираясь в людях вообще можно умудриться называть себя писателем, уже не задаю". Святое "фэнтези" же.