August 27th, 2020

ангелочек

О саморазвитии

Как отмечал биограф Бродского Л. Лосев, в действительности Бродский не являлся тунеядцем даже по советским законам: хотя частую смену места работы в то время не поощряли, тем не менее указ о борьбе с тунеядством[Примечание 2], вышедший 4 мая 1961 года, был нацелен не на «летунов

В 1954 году Бродский подал заявление во Второе Балтийское училище (морское училище), но не был принят[8]. В 1955 году в неполные шестнадцать лет, закончив семь классов и начав восьмой, Бродский бросил школу и поступил учеником фрезеровщика на завод «Арсенал». Это решение было связано как с проблемами в школе, так и с желанием Бродского финансово поддержать семью. Безуспешно пытался поступить в школу подводников. В 16 лет загорелся идеей стать врачом, месяц работал помощником прозектора в морге при областной больнице, анатомировал трупы, но в конце концов отказался от медицинской карьеры. Кроме того, в течение пяти лет после ухода из школы он работал истопником в котельной, матросом на маяке. Среднее образование он получил в школе рабочей молодёжи[9].

С 1957 года был рабочим в геологических экспедициях НИИГА: в 1957 и 1958 годах — на Белом море, в 1959 и 1961 годах — в Восточной Сибири и в Северной Якутии, на Анабарском щите. Летом 1961 года в эвенкийском посёлке Нелькан в период вынужденного безделья (не было оленей для дальнейшего похода) у него произошёл нервный срыв, и ему разрешили вернуться в Ленинград

Между тем к моменту публикации статьи Лернера, Медведева и Ионина Бродский начал зарабатывать литературным трудом: в журнале «Костёр» была напечатана «Баллада о маленьком буксире», осенью 1962 года и в 1963 году в издательстве «Художественная литература» вышли несколько его переводов кубинских поэтов и поэтов Югославии, и Бродский успел подписать договоры с тем же издательством на новые переводы, однако стараниями Я. Лернера новые заказы на переводы Бродского оказались аннулированы[14]. Кроме того, по договору от мая 1963 года с Ленинградской студией телевидения Бродский написал сценарий для документального фильма «Баллада о маленьком буксире», одобренный и принятый к постановке.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D1%80%D0%BE%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9,_%D0%98%D0%BE%D1%81%D0%B8%D1%84_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87


Collapse )
ангелочек

(no subject)

Внезапно понял, что предрассудок о " сахарных дворянах" не менее, а куда более силен, нежели тема французских булок.

Начнем с того, что ни один дворянин ни секунды бы не задумался отхлестать по щекам забывшегося плебея ( а плебеи- это все, кто не дворяне) и в этом смысле рассказ " После бала" это рассказ лишь о том, что меру надо знать и в теме физических наказаний подчиненных не переступать разумные грани, где пытка превращается в самоцель.
А так- то конечно можно, что за вопрос.
Если общение с плебеями происходило без побоев, то устроено оно было так, чтобы никто из присутствующих и на минуту не забывался о том, кто здесь кто. Хотя никто и не забывал.

Но и в целом, если провести интервью среди современных гуманитариев и технарей " каким вам видится усредненный дореволюционный дворянин", услышать много интересного во всех смыслах.
И Роршаха можно не беспокоить.

Я полагаю, "прогрессивная молодежь" того времени со своими требованиями видеть в хамах себе равного нестерпимо раздражала дворян. И, видимо, были в том пункте дискуссии.
Но до нас дошли лишь отголоски в виде очень приглаженных " Отцов и детей".

А потом грянул великий октябрь и дискуссия вышла на наглядный уровень.

Сумрачный Чехов, конечно, не посмел написать пьесу о подлинном отношении дворян к новой буржуазии и обронил лишь свой весь выстроенный на намеках " Вишневый сад". Исходя, видимо, из предположения что " все и так поймут, о чем это".
На основании чего мы сейчас думаем, что купцы и дворяне начала ХХ века была почти кровными братьями.
В книги не попадало то, что казалось писателям -современникам само собой разумеющимся( сословный антагонизм, например), и потому об их времени мы не знаем почти ничего, кроме того, что не представляет большого интереса.
Исключения можно сосчитать по пальцам.
ангелочек

О смелой литературной критике

Н. провозглашает начало новой жизни в русской литературной критике, усматривая ее в некоем эссе гражданки Жучковой. И даже предполагает, что может быть( может быть) когда нибудь и русская литература воскреснет.
Завязывается дискуссия. В нее приходит смелая женщина и перечисляет все условия, позволившие ей сказать " гав".

Collapse )

Образец чудовищно смелых критических статей Жучковой.

Манифест о литературной критике

от того же автора

ОСЛК-2