k_k_kloun (k_k_kloun) wrote,
k_k_kloun
k_k_kloun

О моде на травму

Современная душа без тяжелой детско-подростковой или психосексуальной травмы — это как свадьба без гармошки, миллиардер без друзей в правительстве или вьетнамское кафе без супа «фо».

"В 1992 году немецкий социолог Герхард Шульце открыл, что на фоне «общества потребления» возникло общество иного мотивационного типа — «общество переживания» (Erlebnisgesellschaft). Автор говорил в основном о потреблении культуры, которое делается более глубоким, сильнее захватывающим душу. Человеку уже не нужно мелькания ярких впечатлений — ему нужно ощутить самого себя как участника мероприятия, почувствовать глубину собственных переживаний. С этим, как полагает Шульце, связана популярность массовых празднеств, шествий, фестивалей — где потребитель культуры становится участником культурного процесса.


Мне кажется, что провозглашение «переживания» в качестве главной ценности относится далеко не только к культурным мероприятиям. Человек сосредоточивается не на своем желудке, кошельке и гардеробе, но на своих переживаниях. На своей, очень грубо говоря, душе. Именно это становится главной ценностью сытого и просвещенного европейско-американского общества.

Почему «грубо говоря»? Потому что эта душа вдруг оказалась капризной, легко унывающей, делающей культ из своей хрупкости, ранимости и обиженности. Это не христианская душа, какой мы ее представляем себе исходя из поучений священников, из книг позапрошлого века, из рассказов наших верующих бабушек. Это не смиренная и светлая душа, готовая терпеть, ибо Христос терпел, готовая быть распятой и увенчанной терниями* вместе с Ним, в подражание Ему. Нет! Это весьма требовательная и эгоистичная субстанция. Устроена она примерно так: вот я, вот моя травма, вот виноватые в ней, вот мои поступки, которые должны быть прощены, исходя из моей травмы, а вот поступки других, которые отнюдь не извинительны, поскольку они нанесли травму мне.

Очевидную опасность я вижу в некоем встроенном культе эгоизма, которым сопровождается акцент на хрупкую, легко травмируемую личность. Возникает весьма неприятное сочетание — жаркие переживания по поводу собственных травм, и ледяной эгоизм, и агрессия в отношении тех, кто, предположительно, эти травмы нанес. Но у другого человека тоже есть травмы, и он тоже с полным правом ненавидит тех, кто эти травмы нанес. Общество может стать конгломератом страстных себялюбцев, что никак не способствует социальной солидарности.

Тем более что мероприятия по обучению справляться с переживаниями, особенно с травмой детства и отрочества, становятся самой обыкновенной торгуемой услугой. Те, кто эту услугу предоставляют, заинтересованы в потребителях — то есть в том, чтобы людей с проблемами переживания становилось все больше и больше.


Возникает своего рода «мода на травму».

.......
Меня заинтересовало, зачем Драгунскому потребовалась социальная солидарность общества.
Кроме того, мне кажется, что общество можно солидаризовать по принципу того, что все травмированы, нисколь не хуже, чем солидаризовали по принципу коммунистического интернационала. Просто "мир голодных и рабов" уступает место миру " травматиков".
Когда все травмированы, всем есть друг с другом о чем поговорить, поддержать, поделиться " лучиками добра"...

* Выстраивается некий парадокс, незамеченный автором. Как раз уверенность в том, что травма свершилась, позволяет субъекту позиционировать себя как мужественного терпильщика, распятого, например, на неприобретенном ( или украденном) велосипеде. Который только спустя 20- 30 лет терпения решается поделиться переживанием с психологом или группой поддержки.
Гештальт " травмы" прекраснейшим образом дает возможность ощущать себя весьма воцерквленным ( церковь на выбор).
Кроме того " травма" вовсе не обязательно должна обосновываться в детстве или пубертатном периоде.
Вся группа историй по типу:
"Было так тяжело, что пришлось взять шесть соток", или " ремонт обошелся в стоимость новой квартиры, пришлось влезть в кредиты", "денег не было совсем, на Канары поехали за папин счет", "чтобы купить квартиру в Москве, пришлось ходить на работу целых десять лет", например, описывает крестный путь вполне взрослого человека, который несет миру поучительную историю преодоления во вполне сознательном возрасте.

Тренд "терпения" уравновешивается трендом " позитива". "Позитив" потребен, чтобы мужественно переносить выпавшие на долю субъекта тяготы. Легко понять, что эта пара призвана отрицать идею, что жизнь нужна , когда она в радость, и если радость есть, то прекрасно можно прожить без " позитива". Пара "травма- позитив" придает респектабельность идее, что любая жизнь- это хорошо. И то, есть ли в ней радость, смысл и цель, не имеет никакого значения.
Впрочем, цели у терпящих всегда имеются. Это борьба и Преодоление.
И вершина: " Главное- выжить".

Subscribe

  • Образ успешного писателя

    в книге Сергея Минаева наводит на мысль, что этот гомункул позаимствован из коллективного разума русских писателей конца ХХ века. Некий…

  • 9 мая

    В Луганске массовые мероприятия и гуляния запрещены по рекомендации санитарной комиссии. Будет только военный парад и автопробег, в котором могут…

  • мир и труд

    Использование любых историй трудовой миграции в пропагандистских ( патриотических целях) так же рационально, как истории о том, что хорошая, честная…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

  • Образ успешного писателя

    в книге Сергея Минаева наводит на мысль, что этот гомункул позаимствован из коллективного разума русских писателей конца ХХ века. Некий…

  • 9 мая

    В Луганске массовые мероприятия и гуляния запрещены по рекомендации санитарной комиссии. Будет только военный парад и автопробег, в котором могут…

  • мир и труд

    Использование любых историй трудовой миграции в пропагандистских ( патриотических целях) так же рационально, как истории о том, что хорошая, честная…